Сайт о мафиози и их пособниках

Как соучредитель Nvidia променял свое состояние на жизнь в отрыве от цивилизации

Просмотры: 864     Комментарии: 0
Как соучредитель Nvidia променял свое состояние на жизнь в отрыве от цивилизации
Как соучредитель Nvidia променял свое состояние на жизнь в отрыве от цивилизации

Кертис Прэм, первый технический директор Nvidia, мог бы занять 16-е место в рейтинге самых богатых людей США. Однако он продал свой пакет акций и пожертвовал большую часть состояния своей альма-матер — Политехническому институту Ренсселера. Сам он живет в отрыве от цивилизации почти без связи. Там он пишет «манифесты», заполненные уравнениями, которые призваны решить такие мировые проблемы, как «восстановление почвы» и другие.

Кертис Прэм прошелся по деревянной сцене, прежде чем остановиться в нескольких футах справа от центра. Это одна из «зон наилучшего восприятия звука» в концертном зале Политехнического института Ренсселера (Rensselaer Polytechnic Institute, RPI). Зал рассчитан на 1165 мест и был построен на пожертвования Прэма в размере $40 млн в период с 2003-го по 2008 год. Залитый теплым светом сцены, 64-летний Прэм в костюме и красном галстуке, указывает на тысячи деревянных панелей уникальной формы, облицовывающих стены, и плотную ткань, специально подобранную для воздухопроницаемости и массы потолка — все это сделано для создания идеальной акустики. «Это самое технически совершенное место для выступлений в мире», — сказал Прэм, описывая площадку, выбранную для мероприятия. Место было названо в его честь: Центр экспериментальных медиа и исполнительских искусств имени Кертиса Прэма.

Это не единственное, что сделал Прэм для института. Совсем недавно он помог RPI стать первым университетом в мире, в котором установлен компьютер IBM Q System One. Ожидается, что он будет введен в эксплуатацию к следующей весне и станет краеугольным камнем нового вычислительного центра, который, возможно, поможет институту привлечь лучших специалистов.

С 2001 года Прэм пожертвовал RPI $275 млн, что составляет 40% от общего объема пожертвований институту за этот период. Он также выделил еще примерно $80 млн, однако только половина этой суммы когда-либо публично признавалась в качестве пожертвований от Прэма. В 2001 году, примерно в то время, когда Прэм начал финансировать институт, RPI объявил о получении пожертвования в размере $360 млн. Но ни он, ни институт не стали комментировать, кто является донором.

Еще более загадочной является история самого Прэма, который запатентовал почти 200 изобретений. Он помог разработать первый графический процессор для ПК в начале 1980-х годов, а позже стал соучредителем Nvidia, где провел 10 лет на посту главного технического директора.

После проведения IPO Nvidia в 1999 году Прэм передал большую часть своих акций в благотворительный фонд, решив, что держать их у себя — «чрезмерная роскошь». Через несколько лет он покинул компанию, отчасти из-за крайне спорного первого брака, закончившегося разводом и обвинениями в домашнем насилии в адрес бывшей жены. К 2006 году он продал оставшиеся у него акции. Если бы Прэм сохранил всю свою долю, его состояние сейчас оценивалось бы в $70 млрд. Вместо этого, по оценкам Forbes USA, состояние Прэма приближается к $30 млн — чуть больше одной десятой от той суммы, которую он пожертвовал RPI.

 erideuiqtqiqdrrmf
Фотографии с первых дней существования Nvidia: Кертис Прэм со стрижкой в виде логотипа Nvidia в первом офисе компании в 1999 году, когда цена акций Nvidia достигла $100. «В те времена фотографировать что-либо, если успех не был предрешен заранее, считалось дурным предзнаменованием», — вспоминает Прэм. (Фото Curtis Priem)

Состояние Прэма включает в себя дом стоимостью $6 млн недалеко от Фримонта, штат Калифорния, где он живет в отрыве от цивилизации с ненадежной сотовой связью. Там он пишет «манифесты», заполненные уравнениями, которые призваны решить такие мировые проблемы, как «восстановление почвы». Ни один из манифестов не был опубликован. Прэм говорит, что часто общается, используя уникальные адреса электронной почты — шестнадцатизначные цепочки чисел, включая одно, данное репортеру Forbes USA. Он использует этот метод, чтобы избежать спама (Прэм говорит, что не получал его с 2000 года). Он также владеет частным самолетом Gulfstream G450 по имени Snoopy, который он купил в 2021 году. Прэм использует его четыре раза в год для полетов в RPI.

В интервью в кампусе RPI, который находится в исторически сложившемся городе рабочих Трой, штат Нью-Йорк, Прэм рассказывает о своих пожертвованиях, о том, почему он покинул Nvidia, и о своих сожалениях. «Я совершил немного безумный поступок. Мне жаль, что я не оставил себе немного больше [акций Nvidia]», — говорит Прэм, признаваясь, что до сих пор думает о Nvidia дважды в день, когда надевает и снимает свои часы Omega Speedmaster X-33 Mars — ту же модель, что носят пилоты «Буревестников» и астронавты космического челнока. Эти часы были подарком от Nvidia на пятую годовщину компании. Однако для Прэма RPI стал местом, куда он не только вкладывает свои деньги, но и находит смысл и утешение. «Снаружи для меня творился ад, а [RPI] был моим убежищем, — говорит Прэм о своей работе в RPI, где он входил в попечительский совет с 2003 года. — Это место помогло мне сохранить рассудок и стало моей целью».

Прэм предпочел RPI более известному Массачусетскому технологическому институту отчасти потому, что там был компьютер IBM, который его привлек. Институт оказался идеальным местом для Прэма, которого всегда интересовало пересечение технологий и искусства. В старших классах школы, после многочисленных переездов «по всему восточному побережью США», его семья поселилась недалеко от Кливленда, где Прэм начал брать уроки игры на виолончели у Дональда Уайта из Кливлендского оркестра — первого музыканта афроамериканского происхождения, игравшего в крупном оркестре. Прэм провел два лета в тренировочном лагере для классических музыкантов в Северной Каролине, а также научился играть на тромбоне. Прэм играл на виолончели в оркестре RPI все четыре года и во многом объясняет свой творческий подход в электронной промышленности и работу в RPI своим музыкальным воспитанием. «Чтобы выступать, нужно много практиковаться, верно? А также нужно проявлять творческий подход, — говорит Прэм. — Итак, я начал применять эти же принципы в электронике и компьютерных науках».

В 1982 году он окончил RPI по специальности «электротехника и компьютерная инженерия» и устроился штатным инженером в компьютерную компанию Vermont Microsystems. Затем он работал инженером по аппаратному обеспечению в фирме по производству электронного испытательного оборудования GenRad. Позже он переехал в Калифорнию, где проработал в Sun Microsystems семь лет.

Идея создания Nvidia зародилась в 1993 году в закусочной Denny’s в Кремниевой долине. Именно там Прэм, его коллега по Sun Microsystems Крис Малаховски и их друг Дженсен Хуанг, инженер, работавший в LSI Logic, собирались провести мозговой штурм по созданию более совершенного чипа. Прэм описывает свою роль в тот момент как архитектора, создавшего базовый план, который позволил инженерам разрабатывать алгоритмы для чипов Nvidia. Он работал, всегда оставаясь в тени. «В Nvidia была поговорка: никогда не подпускайте Кертиса к камерам или к клиентам», — язвительно замечает Прэм. Однако гендиректор Хуанг считает, что «на самом деле Кертис превосходно общался с клиентами».

В 1999 году у Nvidia произошло два переломных момента: компания стала публичной с рыночной капитализацией в $1,1 млрд и изобрела свой графический процессор (GPU), который первоначально использовался для игр и редактирования видео, но в конечном итоге изменил всю компьютерную индустрию. В июле того же года Прэм женился на своей первой жене Веронике, а два месяца спустя основал фонд Priem Family Foundation, в который он вложил более трех четвертей своего пакета акций Nvidia в размере 12,8% (на момент IPO) — около 100 млн акций (в пересчете на сегодняшние акции). По его словам, одной из причин такого большого пожертвования было то, что он не хотел, чтобы правительство получило деньги, если бы он продал большое количество акций и задолжал по ним налоги.

Примерно в то же время Прэм посмотрел на свой пакет акций и подумал, что в итоге у него будет около $50 млн. «Меня утешало то, что я не мог предсказать будущее», — с некоторой тоской говорит он о своем решении продать акции компании, рыночная капитализация которой сейчас составляет $1,2 трлн.

Поначалу Прэм жертвовал на различные цели, включая The Nature Conservancy и Monterey Bay Aquarium. Однако позже он решил жертвовать деньги не на облегчение человеческих страданий, а на их предотвращение. Его основной целью стали пожертвования на образование. «Адам и Ева обладали свободой воли и выбрали греховный путь, который привел к страданиям... Мы верим, что большинство из человеческих страданий можно избежать, поскольку изначально все зависит от нас», — говорится на сайте его фонда. Его семья имеет прочную связь с Объединенной церковью Христа. Прэм не исповедует эту религию, однако, по его словам, его отец, сестра, бабушка и дедушка были священнослужителями.

В 2000 году Прэм вернулся в RPI, чтобы получить университетскую премию   «Предприниматель года» за свою работу в Nvidia. «Я вошел в кампус и понял, что это мое призвание», — говорит Прэм. По его словам, он пожертвовал RPI $1 млн в 2000 году и еще раз в 2001 году. Затем, в финансовом году, закончившемся в июне 2002 года, The Priem Foundation начал выделять RPI не менее $10 млн в год, что и делает до сих пор.

Тем временем дела в Nvidia шли не так хорошо. Прэм признается, что его отвлекали личные проблемы дома, и он не мог внести свой вклад на том уровне, на котором хотел, поэтому он ушел из компании.

Согласно Прэму, следующие 10 лет его жизни были сплошным хаосом — суд установил, что его жена Вероника являлась «виновницей домашнего насилия». В 2013 году он утверждал, что насилие с ее стороны «привело к 19 письменным заявлениям в полицию, пяти арестам, трем уголовным приговорам, трем охранным ордерам, одному гражданскому временному запретительному ордеру и трем испытательным срокам». Согласно тому же документу, Вероника утверждала, что Кертис «провоцировал ее своими словами на проявление агрессии», и упомянула о том, что «ее поведение нельзя считать серьезным проступком». Ее адвокат не ответил на многочисленные просьбы о комментарии. В какой-то момент Кертис Прэм заявил, что встретился с сенатором штата Калифорния Бобом Виковски, чтобы выступить за поправку, которая усложнит получение супружеских алиментов предполагаемыми виновниками домашнего насилия. Поправка (SB 28) была единогласно принята на голосовании в Сенате США в 2015 году. Его бывшая жена не признала вину по обвинению в домашнем насилии, и Прэм так и не выплатил алименты.

Все это время Прэм продолжал помогать RPI, который, по его словам, пытался держаться на плаву в финансовом плане на протяжении десятилетий. Он хотел помочь этому «супертанкеру не утонуть». Сначала его пожертвования шли на самое необходимое: найм новых преподавателей, ремонт зданий и приобретение лабораторного оборудования. Затем были сделаны взносы на создание Центра биотехнологий и междисциплинарных исследований имени Ширли Энн Джексон и на центр исполнительских искусств, который открылся в 2008 году.

Идея его самого большого вклада в развитие институту пришла всего несколько месяцев назад на выездном заседании совета директоров в Карлсбаде, штат Калифорния. Именно там Прэм предложил новому президенту RPI Мартину Шмидту попробовать установить в RPI квантовый компьютер — идея была интересная, однако, по мнению Шмидта, слишком дорогостоящая.

«Мы уехали из Карлсбада, и я решил, что нанесу визит Дарио Гилу, главе исследовательского отдела IBM... чтобы убедить его в том, что IBM следует разместить квантовый компьютер в кампусе RPI», — рассказал Шмидт в интервью Forbes USA. В июне, всего три месяца спустя, RPI официально объявил о планах установить в кампусе компьютер IBM Q System One в следующем году, что сделает его единственным университетом в мире, где будет установлен подобный компьютер.

«Теперь, благодаря квантовым компьютерам, RPI будет играть ведущую роль в создании совершенно новой парадигмы вычислений, которая откроет широкие возможности для изучения целого ряда ранее неразрешимых проблем в таких областях, как дизайн материалов, экологическая устойчивость, разработка лекарств, здравоохранение и многое другое», — сказал Гил на октябрьской церемонии, посвященной установке квантового компьютера.

По словам Прэма, размер фонда «стремительно движется к нулю» после его последнего пожертвования в размере $95 млн на доставку компьютера в кампус и создание нового центра для него.

«Сегодня мы фактически прекращаем деятельность нашего фонда», — сказал Прэм на торжественной церемонии, где он объяснил собравшейся толпе студентов, преподавателей, выпускников и других гостей, что финансирование компьютера станет последним крупным подарком его фонда и израсходует большую часть его оставшихся средств. Он сделал это заявление, стоя перед сверкающей «квантовой люстрой» — сердцем будущего квантового компьютера. В ней находится квантовый чип, окруженный сложной золотой проводкой, которая помогает охлаждать 2000-килограммовый компьютер во время работы, сохраняя температуру на уровне около минус 460° по Фаренгейту (минус 273°С). Ожидается, что компьютер будет готов к работе весной 2024 года. Его разместят под четырьмя витражными окнами в бывшей часовне.

По его словам, The Priem Family Foundation в настоящее время располагает активами в размере $160 млн и должен прекратить свою деятельность к 2031 году, однако он не уверен, что средств хватит на такой срок, учитывая все новые инициативы в RPI. «У нас не получается перестать тратить деньги, так что, скорее всего, закрытие фонда произойдет гораздо раньше, — признается Прэм. — Когда деньги закончатся, я выйду на пенсию».

Автор: Юлия Абштейн

Версия страницы для печати  

Комментарии:

comments powered by Disqus


Все новости